Parus

К читателю

Приветствуем тебя, дорогой читатель! Русский литературный журнал «Парус» приглашает любителей отечественной словесности на свои электронные страницы.  

Академичность, органично сочетающаяся с очарованием художественного слова, — наша особенность и сознательная установка. «Парус», как видно из названия, — журнал поэтический, его редакторы — поэты по призванию и сфере деятельности, поэты жизни и русского слова, живущие в разных уголках России: в Москве, Ярославле, Армавире. Статус издания как «учёно-литературного» (И. С. Аксаков) определяет то, что среди авторов и редколлегии есть представители университетской среды, даже определённой — южно-русской — литературоведческой школы. 

Рубрики «Паруса» призваны отразить в живых лицах текущий литературный процесс: поэзию и прозу, историю литературы, критику, встречи журнала с разными культурными деятелями, диалог с читателем. В наши планы входят поиск и поддержка новых талантливых прозаиков и поэтов, критиков и литературоведов, историков и философов. Считаем, что формы и способы донесения «положительно прекрасного» содержания могут быть разными, но не приемлем формализм, антиэстетику и духовно-нравственный «плюрализм». В основе нашего подхода к художественному слову заложена ориентация на классический образец — его продолжение и отражение в современности. 

Мнение редакции не всегда совпадает с мнениями авторов.

Русский литературный журнал Парус

Сергей ВЕРЕСКОВ. Где правду искать. Конфликт художественной правды и идеологии в советской литературе 1920-х гг.

 

«Он летел мимо белых домиков, бездушно глядевших черными немыми окнами, летел на край города, туда, где потянулось шоссе, такое белое, такое спокойное, потянулось в Грузию. Не в великодержавную Грузию, не в Грузию, рассадницу мировой культуры, не в Грузию, где он произведен в полковники, а в милую, единственную, родную, где так чудесно пахнет весною цветущими деревьями, где за зелеными лесными горами белеют снега, где звенящий зной, где Тифлис, Воронцовская, пенная Кура и где он бегал мальчишкой...» (Серафимович А.М., 1981).

Николай ЧЕБОТАРЁВ. Лабёнок

 

Владимир Иванович Бочаров разлюбил горы. Этот существенный факт навел его на мысль продать дачу в верховье Малой Лабы, в километре от границы Северо-Кавказского заповедника. Найти покупателя, представлялось, было делом несложным.

Выпуск 22 (март) 2013 года

П.А. Брюллов. Весна. 1875

 

 

Афанасий ФЕТ

 

ВЕСНА НА ДВОРЕ

 

Как дышит грудь свежо и емко —

Слова не выразят ничьи!

Как по оврагам в полдень громко

Елена СОЙНИ. Станет время струной

 

***

 

Восьмое марта — праздник...

рыбаков,

и выходной, и лед еще не тонок.

Едва собравшись, засветло, спросонок,

спешат мужи из теплых уголков

 

туда, где снег блестит, как чешуя

зеркального с отливами леща, и

туда, где лунки маленькой края

огромную Вселенную вмещают,

 

где прикипает к удочке душа

и замирает в ожиданьи зова,

где жизнь в любую морось хороша

с уловом и без всякого улова.

 

 

***

Евгений ВЕСЕЛОВ. На краешке распахнутой земли

 

***

 

Бреду сквозь сугробы по тайной тропинке

в дремучем еловом лесу.

Могучие ветви склоняются тихо

и шепчут, что долог мороз.

 

О, мне ли не знать сокровенно и свято

о том, как снега тяжелы

на лапах зеленых, согнувшихся туго

до дней провозвестья весны,

когда на полянах проталины вспыхнут

цветеньем подснежных цветов,

и солнце горячие капли рассыплет

по стылым громадам лесным,

и заячья травка пробьется несмело,

и тихо взойдет копытень,

и ветви расправят могучие ели

Лидия ИРГИТ. Навстречу вере и надежде (перевод с тувинского Дианы Кан)

 

***

 

О вкусах не спорят? О вкусах не спорят!

Я, помнится, как-то картошку пекла.

Задумалась о поэтической доле —

Стихи сочинила, картошку сожгла.

 

Стихи, несомненно, достойны оваций…

Да всё ж от стихов невеликий навар.

Уныло вдохнули мои домочадцы

Лирическо-кухонный этот угар.

 

Стихами, что с жару,

Стихами, что с пылу,

Стихами, что дышат, как хлеб, горячо,

Я щедро домашних своих угостила…

И что же они? Попросили ещё!

 

Николай СМИРНОВ. Рассказы. Из цикла «Ухмылка старухи»

 

Затопленный склеп

 

Старуха Екатерина Гробова, последняя из богатого купеческого рода, умерла в нашем городишке давно, еще в шестидесятые годы, — я тогда учился в школе.

Вячеслав АРСЕНТЬЕВ. Рассказы

 

Радуйся

 

В нашей деревне жил Коля Ленкин. Мать у него была Лена — так, по ней, и сына звали. Жил, можно сказать, на хлебе и на воде, одет был худо. Да еще и ноги враскорячку, одна короче другой. Но всё, как ни глянешь на него — улыбается. И не улыбкой деревенского дурачка, нет — со смыслом улыбается, жизни радуется. И в глазах радость, и во всём облике, и даже в кособокой походке: вот-де, иду по этой земле, на своих двоих!

Страницы