Parus

К читателю

Приветствуем тебя, дорогой читатель! Русский литературный журнал «Парус» приглашает любителей отечественной словесности на свои электронные страницы.  

Академичность, органично сочетающаяся с очарованием художественного слова, — наша особенность и сознательная установка. «Парус», как видно из названия, — журнал поэтический, его редакторы — поэты по призванию и сфере деятельности, поэты жизни и русского слова, живущие в разных уголках России: в Москве, Ярославле, Армавире. Статус издания как «учёно-литературного» (И. С. Аксаков) определяет то, что среди авторов и редколлегии есть представители университетской среды, даже определённой — южно-русской — литературоведческой школы. 

Рубрики «Паруса» призваны отразить в живых лицах текущий литературный процесс: поэзию и прозу, историю литературы, критику, встречи журнала с разными культурными деятелями, диалог с читателем. В наши планы входят поиск и поддержка новых талантливых прозаиков и поэтов, критиков и литературоведов, историков и философов. Считаем, что формы и способы донесения «положительно прекрасного» содержания могут быть разными, но не приемлем формализм, антиэстетику и духовно-нравственный «плюрализм». В основе нашего подхода к художественному слову заложена ориентация на классический образец — его продолжение и отражение в современности. 

Мнение редакции не всегда совпадает с мнениями авторов.

Русский литературный журнал Парус

Борис БЕССОНОВ, Михаил ПОПОВ. Гёте в России

«Созидательное начало в человеке побеждает. У Фауста две души. Одна довольствуется знанием о том, что его непосредственно окружает, другая — жаждет познать и испытать все, что только может встретить человек на своем жизненном пути. Она не хочет довольствоваться рефлексией, погружением в собственный внутренний мир, она хочет деятельности, познания мира, отдаваясь делу…»

Нина ИЩЕНКО. Море смерти, море любви и море слов в поэме Елены Заславской Nemo

«Тема войны, которая пришла в Донбасс после семидесяти лет мира, является постоянным предметом творческого осмысления поэта. Особенно интересно проследить, как в произведениях Елены Заславской выражаются культурные архетипы и базовые мифологемы русской культуры, центральное место среди которых занимает мифологема смерти. Поэма Nemo, созданная через пять лет после начала войны, даёт богатый материал для исследования структуры этой мифологемы…»

Вячеслав АЛЕКСАНДРОВ. Введение в философию Православия (очерки о Любви, любви к Свободе и к Истине). Продолжение

«Очень часто в быту, в семейных отношениях от нас и требуется одно: проявить чуточку терпения и не спешить ни с выводами, ни со словами. Уже только это позволит во многом сохранять и мир, и силы. Терпение неурядиц в обычной жизни для большинства людей и есть тот крестный путь, который необходимо пройти со всем достоинством. Если не выдерживаем этого испытания, какое другое может быть нам под силу?..»

Александр ДУГИН. Мифы и реальность ресакрализации спорта. Интервью

«В принципе, с точки зрения традиции, надо, конечно, обратить внимание на то, что когда христианство пришло в Грецию, в Средиземноморский мир, то Олимпийские игры были запрещены и спорт отошел не только на второй план, а фактически исчез и не существовал в той же мере, в какой существовала христианская цивилизация. Наверное, это не случайно, потому что в спорте акцент делается на тело, а в христианстве на дух. И, пожалуй, можно представить себе, что распространение спортивной культуры идет за счет усиления, перемещения внимания с души человека, с его внутреннего мира, с его этического, с его мистических отношений с Богом, с его этического совершенствования — на сферу телесной силы, телесной красоты. Поэтому спорт возродился на закате христианской цивилизации, или даже после ее краха…»

Николай ВАЛУЕВ. Вызовы 2020: пути экологии тела

«Как ни парадоксально, но люди оказались не готовы к более тесному общению со своими близкими в условиях социального дистанцирования и самоизоляции. Сейчас повсеместно резко возрастает физическое и нервное напряжение во взаимоотношениях. Оно поглощает не только семьи, но и влияет на социальную среду. Из-за напряженной ситуации большинство, к сожалению, скорее готово выплеснуть на другого человека весь свой негатив, всё своё недовольство, нежели разобраться в его причинах и найти верное решение…»

Александр ПОХИЛЬКО. Опыт диалогической этики

«Под диалогической этикой в отрицательном смысле я понимаю этику, которая направлена на смягчение и в идеале — на преодоление жесткого монологизма и нормативности. В положительном смысле — это этика персональной ответственности, исходящая из личностной автономии и творческой индивидуальности…»

Евгений ЧУРИКОВ. Фамильное проклятие. Боль минувшего. Очерки

«На днях в разговоре с одним таким человеком, «захватившим» войну, я вдруг услышал от него признание, что он был... помощником Гитлера. Первой моей мыслью было, признаюсь, что надо мною зло шутят, и я хотел уже положить телефонную трубку, чтобы прекратить ненужный разговор. Но тут незнакомец на том конце провода, словно догадавшись о моем желании, сказал: — Это я вам серьезно. Да — я из помощников Гитлера, Адольфа Гитлера…»

Николай СМИРНОВ. Где привязывают лошадей. Певец. Рассказы

«Я смотрел на конусы отвала, угольные, плотные, как перегоревшее время — будто это заслон в прошлое, к тем конникам, лошадям, телегам, саням, сену, говору торга и скрипу колесному, когда-то стоявшему тут у едва приметного вала… Во что все это превратилось? Я растер между пальцев шелковистый на ощупь комочек… Порошок, похожий на сажу — хоть разводи и пиши, как тушью…»

Евгений РАЗУМОВ. Славка Колесов. Шура Акинфов. Рассказы

«Славка Колесов в свои десять-одиннадцать лет был не просто коллекционером, даже не просто сумасшедшим коллекционером, он был избранным. Поясню: если нормальные нумизматы собирали всё подряд или, например, одну дореволюционную Россию, то Славка собирал исключительно... Австро-Венгрию. Причем — всю, до последнего грошика. Изображений “ихнего” Франца-Иосифа у него было на три кармана!.. Ну, хорошо, — на два…»

Василий КОСТЕРИН. Зеркало и Ононо

«Итак, я высовываю язык, а у отражения в зеркале губы словно слиплись. Я не верю своим пухлым щёлкам на месте глаз и показываю ему язык ещё раз, выдвигая его на всю возможную длину. Отражение на мои манипуляции не реагирует. Я столбенею. Ни фига себе! Просто оторопь берёт! Что делать в таких обстоятельствах? Я хватаю зубную щётку, пасту, выдавливаю полтюбика и драю зубы, как матросы палубу перед прибытием адмирала. Между делом искоса поглядываю в зеркало. Вижу: моё собственное отражение чистить зубы отказывается. Мне даже чудится, что припухшие губы еле заметно и не без иронии дёргаются углами рта. Прополоскав хлебало, оно же — хавальник (назвать его по-другому сегодня ну никак невозможно), я опять приближаю свои мордасы к зеркалу, чтобы проверить, не осталось ли чего на зубах или между ними. Но отражение и не думает открывать свой рот. Или мой рот-то?..»

Страницы